Кавказцы атакуют Киев

Москву уже не спасти, надо отстаивать Киев. Так или примерно так рассуждают жители украинской столицы, все чаще получая ножевые ранения и зуботычины от агрессивных молодых горцев. Да-да, “это” началось уже и здесь.




Освоив улицы, дороги, рынки и метро российской столицы, агрессивные молодые горцы, готовые убивать за любое замечание и косой взгляд, начинают отмечаться и в Киеве. С учетом коррумпированности украинской милиции и муниципальных органов власти, а также относительно невысокой стоимости недвижимости, превратить Киев в “мультикультурный город” они смогут еще быстрее, чем Москву.

30 июля Соломенский районный суд Киева приговорил к 7 годам лишения свободы молодого гражданина Армении. Покупая рыбу в одном из супермаркетов района, гость столицы оскорбил кассира, и один из стоящих в очереди студентов сделал ему замечание. Армянскому юноше не понравилось, что замечание ему было сделано в присутствии его девушки. Когда студенты уже подходили к своему общежитию, армянин догнал их и нанес два удара ножом в грудь и одно в ягодицу первому студенту, а второго тяжело ранил в живот.

Подобных случаев “несовпадения культур” в Киеве становится все больше. Горожане с энтузиазмом обсуждает нашумевшее видео, на котором южане, устроившие ДТП в центре столицы, нападают на фотокорреспондента Максима Требухова. Пока кавказцы бьют журналиста, милиция безмолвствует и бездействует. Украинцы уже проводят параллели с Россией: ситуация повторяется с удивительной точностью. Комментаторы делают вывод, что местная милиция в спорных ситуациях также предпочитает становиться на сторону “понаехавших”, а не своих сограждан.

Гражданский активист Дмитрий Резниченко так описал происходящее с Требуховым в Facebook: “Группа обдолбанных кавказцев-мажоров попала в аварию прямо на Майдане: вылетели на красный свет, врезались в “Дэу”, разбили свою “Тойоту” последней модели. Ребята из “Дорожного контроля” (украинская общественная организация, которая следит за порядком на дорогах, преследуя нарушителей-гаишников и пьяных водителей — прим. ред.) взялись экранизировать эту ситуацию, но кавказцы начали бычить, толкаться, и, наконец, самый упоротый прямо на глазах милиционеров ударил в лицо моего друга, журналиста Максима Требухова”. Далее Резниченко замечает, что в этот момент “другой кавказец отвел украинского мента в сторону, о чем-то с ним тихонько поболтал — упоротых мажоров не задержали, они спокойно уехали”.

Прошло время, и Требухову позвонил отец “упоротого” нападавшего. Предлагал решить вопрос “по-братски”. Откуда кавказцы взяли телефон журналиста, догадаться несложно: очевидно, его — тоже за деньги — “слили” те самые доблестные стражи правопорядка. “Еще не хватало, чтобы кавказцы в Киеве начали вести себя, как в своей Москве”, — сокрушается Резниченко.

Многие киевляне уверены, что “наступление горцев” началось с торговли. Уличные торговцы Голосеевского района столицы рассказывают, что их вытесняют с самых выгодных точек: у выходов из метро и у дверей супермаркетов теперь продают овощи кавказцы. Покупатели возмущаются: южане хамят, отмачивают шуточки на грани фола, громко хохочут, будучи в нетрезвом состоянии, окрикивают несговорчивых покупателей. “Ментам они просто дают в полтора-два раза больше денег, у них есть. А тем все равно: кто лучше подмазывает, тому и разрешают торговать”, — рассказала мне торговка Анастасия.

У семьи ее подруги Анны был ларек со сладостями. По ходатайству местных властей его, якобы, решили снести, чтобы не портил вид города. Прежних хозяев выселили, а буквально через неделю их киоск арендовали приезжие кавказцы. И стали продавать там ровно те же сладости — но на 20% дороже. Рассказывают, что новый продавец, молодой чернявый парень, часто хамит покупателям.

Конфликты в торговой сфере с кавказцами – уже обычная история на Украине. И милиция в этих конфликтах, как и в России, практически всегда становится на сторону гостей. Местные жители объясняют это подкупом местных органов власти диаспорами – тоже все, как в России.

Правда, в отличие от россиян, украинцы в массе своей меньше боятся милиции. Кроме того, на Украине есть еще один значимый фактор: националисты. Это в России они, как правило, маргиналы, выпестованные в технологических целях спецслужбами и департаментом внутренней политики Кремля. Здесь же национализм был легализован изначально как одна из институциональных основ государства. Сегодня это несколько затрудняет инфильтрацию этнических мафий.

Так, в марте в Киеве кавказцы-директора двух магазинов в центре Киева — Lapin House и Spazio — отказались взять на работу двух украиноговорящих девушек. В ответ на это 8 марта националисты из ОУН устроили погромы в этих магазинах. “В начале февраля 2011 года в Киеве владелец ресторана в центре Киева не взял на работу Елену Воронову только лишь за то, что она разговаривала на украинском языке, — объяснили свой поступок в референтуре ОУН. — А когда разгорелся скандал вокруг этого случая, армянин-собственник ресторана угрожал Елене расправой”.

Впрочем, преувеличивать роль националистов в борьбе с этнической преступностью не стоит. Стать универсальным регулятором гражданского общества украинскому национализму мешает врожденный порок – он практически полностью построен на отрицании России и русских, в связи с чем оказывается беспомощным в других контекстах. Кроме того, есть основания полагать, что системные националисты (например, ВО “Свобода” Тягнибока), как и коммунисты, тесно связаны с властью, и редко делают что-то без согласования с ней. А значит, и с предельно коррумпированной милицией.

Тем не менее, даже если приведенный выше пример был единичной пиар-акцией ОУН, нельзя сказать, что украинское общество совсем не сопротивляется агрессивному трайбализму выходцев с юго-запада бывшего СССР. Пока милиция бездействует и существует только для поборов, люди здесь все чаще решаются на самосуд. Над преступниками вообще, и кавказской национальности в частности. Так, когда в небольшом городке на Луганщине группа армян избила парня, отдыхавшего с девушкой, потерпевший выстрелил главному обидчику в детородный орган – и милиция, на удивление, дело замяла. В Киеве поговаривают, что около года назад местные таксисты избили до смерти “бомбилу”-кавказца.

Как бы там ни было, киевляне всерьез обеспокоены. Некоторые горожане в знак протеста отказываются что-либо покупать у кавказцев. “Они тут даже хуже, чем в Москве. Там они хоть дворы метут. А тут — только торгуют. А улицы метут за копейки — свои”, — объясняет свое нежелание покупать что-либо у этих торговцев 35-летний дизайнер мебели Александр. Интеллигентный обыватель, конечно, всегда подчеркнет, что дело не в этнической принадлежности, а в нежелании гостей принимать местные правила игры. Но что, если главное местное “правило игры” — это коррупция?

В конце мая в Киеве произошел еще один характерный случай. Сотрудников “Киевводоканала” на Троещине (район на окраине столицы) в Киеве избили люди кавказской внешности. “Драка произошла на выезде с парковки “Киевводоканала”. Машина с бригадой не могла выехать из-за большой фуры с ягодами. Работники водоканала попросили водителя освободить дорогу. В ответ получили оскорбления. Затем к машине водоканала прибежали более десяти человек кавказской внешности, завязалась жестокая драка”, — рассказывали в милиции.

“Когда на место приехали наши сотрудники, кавказцы начали убегать со стихийного рынка. Три избитых сотрудника водоканала дали свои показания и написали заявление (четвертого с тяжелой травмой глаза отвезли в больницу). К сожалению, пострадавшие не смогли точно описать нападавших, аргументируя это тем, что они в шоковом состоянии, а кавказцы — все на одно лицо”, — так милиция объяснила свое бездействие. На самом рынке говорят, что на самом деле “прикормленные” местные милиционеры хорошо знают всех, кто здесь торгует. И при большом желании найти преступников можно было за несколько часов.

Источник

Белое мясо для секс-джихада

Белое мясо для секс-джихада

МУЛЬТИКУЛЬТУРАЛИЗМ ПО-ЕВРОПЕЙСКИ

Отцы-основатели либеральной демократии перевернулись бы в своих гробах, узнав, что права человека в нынешнем толковании означают, в числе прочего, и право мусульманских эмигрантов насиловать детей и женщин 

Александр МАЙСТРОВОЙ

 

 

Для кого растят свою очаровательную девочку ее европейские родители? И смогут ли они вовремя бросить ей спасательный круг? Фото Владимира Плетинского

Об этом в Европе предпочитают не писать да и говорить опасаются, ибо подобные разговоры чреваты обвинением в расизме, разжигании расовой ненависти и исламофобии. Однако, периодически информация всплывает на поверхность в коротких новостных сводках, блогах и отдельных публикациях, рисуя жутковатую картину.

В Лондоне недавно прошел суд над бандой иммигрантов – пакистанцев и эритрейцев, – орудовавшей в Оксфорде, некогда центре британской и мировой учености. Семеро педофилов обвинялись в жестоких изнасилованиях девочек-подростков, сексуальном рабстве, извращениях и издевательствах над своими жертвами. Слушания, продолжавшиеся 18 недель, замалчивались в ведущих СМИ. Они или вообще не писали о процессе или представляли это маргинальным уголовным преступлением, однако судьи не скрывали своего шока от фактов. Главный судья Питер Рук признал, что пришел в ужас от признаний педофилов. “Нет границ тем мерзостям, которые бы они не совершали”, – сказал он. По словам Рука, “девочки были самой легкой добычей – уязвимой, беззащитной и легко попадающей в зависимость”.

Братья Басам и Мохаммед Каррар заставляли свою 11-летнюю жертву заниматься проституцией. Басам поставил на ее теле клеймо в виде буквы “М” – от имени, как он сам признался, пророка Мохаммеда. Девочке было 12 лет, когда они заставили ее сделать аборт.

Другая девочка также была превращена в проститутку. Мохаммед Каррар взимал с клиентов по 500 фунтов стерлингов, а когда клиентов не было, вместе с друзьями развлекался, заставляя ребенка исполнять их сексуальные извращенные желания. Девочка подвергалась групповому насилию, совершаемому с особой жесткостью, после чего мучители оставляли свою жертву истекать кровью, пока она не приходила в себя. Когда однажды она в отчаянии схватила нож, чтобы защититься от Каррара, он избил ее бейсбольной битой. Его брат Басам держал в заложницах 14-летнюю девочку, регулярно насиловал и насильно приучил к кокаину. Первый получил 20 лет тюремного заключения, второй – 15. Их подельники отделались меньшими сроками: от 7 до 12 лет тюрьмы. Это считается в Британии суровым приговором…

Всем девочкам было от 11 до 15 лет. Все они были белые англичанки. Все их мучители были мусульмане. Жертвами девочки стали, прежде всего, потому, что принадлежали к белой расе. Так заявил имам Исламской конгрегации Оксфорда Тадж Харджей.

Харджей, авторитетный и умеренный мусульманский проповедник, с горечью признал на страницах газеты “Daily Mail”, что речь идет не просто о педофилах, а о преступлениях на расовой и религиозной почве. Глумление над белыми девочками, по его словам, – демонстративное унижение белых как людей низшего сорта, “неверных” и потому презренных. “Помимо ужаса и отвращения, которые вызывает деятельность оксфордской банды, факт, что ее мерзости густо замешаны на религии и расе. Религии – потому что все виновные, вне зависимости от страны исхода, мусульмане; расы – потому что они сознательно выбирали на роль жертв белых девочек, которых называли “белое мясо”. Т.е. это преступление с откровенно расистским подтекстом”, – пишет он.

Харджей обвиняет в произошедшем коренных англичан. По его мнению, их политкорректность мешает им воспринимать реальность, пуще всего они боятся обвинений в расизме. “Запуганные политкорректные современные британцы не в состоянии принять реальность, – с гневом пишет он. – Все государственные структуры, включая полицию и социальные службы, игнорировали омерзительную сексуальную эксплуатацию подростков, происходившую на их глазах, из ужаса перед обвинениями в расизме”.

Ни одна газета не назвала вещи своими именами. Педофилов политкорректно именовали “выходцами из Азии”, всячески избегая намека на их происхождение и религию. “Но это понятие совершенно бессмысленное и ни о чем не говорит. Это были не китайцы, не индусы, не жители Шри-Ланки. Негодяи прибыли из конкретных стран – Пакистана и Эритреи, причем Эритрея не имеет отношения к Азии “, – пишет имам.

Ситуация воистину кафкианская. Все всем было известно. Девочек не похищали – они жили в своих домах, и, отправляясь каждый день в школу или на встречи с подругами, оказывались в подпольных притонах. Их запугивали, угрожая убийством и расправами над близкими. Некоторые родители знали или догадывались, что что-то происходит, обращались в полицию, к социальным работникам, в организации по защите прав ребенка. Их выслушивали и предлагали “не преувеличивать и не нагнетать ситуацию”.

“Я бесконечно обращалась повсюду за помощью и не встречала адекватной реакции”, – вспоминает мать одной из девочек. Мать другой жертвы рассказывает, что умоляла полицию вытащить дочь из лап насильников, но получала уклончивые и бессодержательные ответы. Многие девочки сами обращались к блюстителям порядка, иногда по несколько раз. Жалобы оставались без внимания. Те, кто мог, перебирались в другие города, другие безуспешно обивали пороги всевозможных инстанций.

Этот террор продолжался 8 лет (!), с 2004-го по 2012 год. Власти заявляли, что не располагают доказательствами виновности педофилов. Страх быть обвиненными в исламофобии оказался сильнее закона, ответственности, морали, да просто сочувствия к несчастным детям.

Эта история – не исключение из правил, она – верхушка айсберга.

В мае 2012 года суд Ливерпуля рассматривал дело 9 мусульман, регулярно насиловавших белых девочек и девушек на севере Англии. Жертвами банды стали 40 человек в Рочдейле, пригороде Манчестера. Как выяснилось, британская полиция была осведомлена о деятельности “сексуальных джихадистов”, но боялась заводить на них дела. Страх обвинений в исламофобии дамокловым мечом висел над блюстителями порядка, заставляя забыть о чувстве ответственности. Все было в точности, как в Оксфорде: девочки в возрасте 12-13 лет и молодые девушки становились жертвами групповых изнасилований, их передавали с руки на руки, как товар, поставляли в притоны, накачивали алкоголем и наркотиками, заставляли удовлетворять сексуальные фантазии рабовладельцев, обслуживать водителей такси, ночных клубов и владельцев шашлычных. Один из насильников – 43-летний завсегдатай местной мечети и отец пятерых детей. Другой любил заниматься сексом с детьми в присутствии своих друзей в собственной квартире. Все они – выходцы из Пакистана и Афганистана. Всем по 40 лет и больше. Все получили от 4 до 12 лет тюрьмы с правом на подачу апелляции.

Вернемся к Таджу Харджею. “Это джихад, – предупреждает он, – сексуальный джихад, последовательно раздуваемый радикальными имамами… Белые женщины, с их точки зрения, заслуживают именно такого отношения, даже если они еще дети. “Презрение к женщине вообще, а к белой женщине в особенности, насаждается во многих мечетях, в том числе и в тех, что действуют в Оксфорде. Детям там промывают мозги сызмальства. Прихожан учат, что женщина – не более чем одушевленное имущество мужчины и он обладает абсолютной властью над ней”. Мохаммед Каррар поставил на своей жертве клеймо – так его соплеменники делают с принадлежащими им коровами.

По ориентировочной статистике, жертвами банд “сексуальных джихадистов” в Англии и Уэллсе стали 2500 детей. Предполагается, что еще 20 тысяч стали объектами разного вида сексуальных домогательства и извращений. И это в стране, первой объявившей об эмансипации женщин и защите прав детей! Бедная добрая Англия… Впрочем, не только она.

“Секс-джихад” победно шествует по Скандинавии. И здесь официальные СМИ никогда ничего не сообщают о его жертвах и “героях”. Но неофициальные блогеры рассказывают правду, и эта правда очень напоминает знаменитый роман Герберта Уэллса о живущих под землей кровожадных морлоках и прекраснодушных элоях. Один из блогеров, Фиордман, повествует о положении дел в этой считающейся самой благополучной части Европы. “Еще несколько десятилетий назад групповые изнасилования и сексуальные издевательства были чрезвычайно редки в странах Северной Европы. Сегодня это обычные, рутинные преступления. 28 мая 2011 года в норвежском городе Тронхейме 14-летняя Ева Хельгитун покончила с собой после того как была изнасилована группой иммигрантов за несколько недель до этого. Ее судьба, увы, не уникальна”.

Еще пару десятилетий назад Норвегия считалась совершенно безопасной для жизни страной, и ее граждане не испытывали ни малейшей тревоги за детей, отправляющихся в бары и дискотеки. Теперь, после наплыва “гостей” из Афганистана, Пакистана, Боснии, Ливии и т.д., преступность достигла такого размаха, что посольство США запретило своих сотрудникам в Осло покидать здание в вечерние и ночные часы. Женщины – главные жертвы этого террора.

Фиордман: “Соседняя Швеция за три десятилетия превратилась в страну, затопленную уличной преступностью и имеющую одно из самых высоких в мире число зарегистрированных изнасилований. Молодые девушки-блондинки из пригородов Стокгольма уже привыкли, что их публично обзывают шлюхами, многие красят волосы в черный цвет, чтобы избежать сексуальных домогательств на улицах своих городов”. Он рассказывает, как в декабре 2011 года шведка, мать двоих детей, подверглась жестокому групповому изнасилованию афганцев, нелегально живущих в Швеции. Насилие, сопровождаемое истязаниями и извращениями, продолжалось семь часов. Насильники сменяли друг друга, подбадривали себя наркотиками и боевыми кличами. Пострадавшая теперь пациент психиатрической лечебницы, она прикована в инвалидной коляске из-за повреждения внутренних органов. Кстати, глава банды до этого совершил четыре подобных изнасилования. Только семеро были осуждены на разные сроки тюремного заключения, хотя их было одиннадцать. При том, что в Скандинавии тюрьмы не хуже пятизвездочных отелей в Пакистане или Ливии… В январе этого года жертвой жестокой банды стала 22-летняя девушка в Стокгольме.

То же самое происходит и во Франции. Здесь каждый год регистрируется около 5 тысяч изнасилований, в том числе групповых и совершенных с особой жестокостью. СМИ никогда не сообщают о происхождении преступников, официальной статистики не ведется и не может вестись. “Шведские газеты, например, “Aftonbladet”, систематически скрывают этническую принадлежность насильников, если это иммигранты. Фотографии в СМИ публикуются только в том случае, если это белые преступники”, – пишет Фиордман. В 70-х годах, когда эмигранты еще не заполонили Западную Европу, количество такого рода преступлений было на порядок меньше.

Закономерный вопрос: а как реагируют на всю эту вакханалию сексуального насилия те, кто стоит на страже интересов женщин, – феминистки? По-разному. Одни делают вид, что ничего не происходит. Другие обвиняют жертв насилия в том, что …”они сами провоцируют его”, и защищают эмигрантов. “В октябре 2012 года известная своими феминистскими взглядами ведущий комментатор газеты “VG Skarsbø” Моэн опубликовала трогательную статью в под названием “Наши дети”, где клеймила расизм норвежского общества, не дающего права на проживание “детям” из Афганистана. “Дети” были вполне половозрелые мужчины из числа тех, что насиловали шведских женщин”, – пишет Фиордман. Элина Густафссон, член местного отделения Шведской социал-демократической лиги молодежи, называющая себя “гордой феминисткой”, выступила против депортации насильников-нелегалов, т.к. это, по ее мнению, проявление расизма. Марксистка и феминистка Гудрун Шуман заявила, что шведские мужчины не менее жестоки в обращении с женщиной, чем талибы. Как это часто происходит, самая чистая и благородная идея вырождается в свою полную противоположность, превращаясь в пародию на самую себя…

Когда-то эмансипация женщин, в том числе представительниц национальных и религиозных меньшинств, была одним из главных достижений западной либеральной демократии, предметом гордости сторонников свободы и равноправия. Увы, времена меняются. Отныне у белой женщины и ребенка только одно право: быть белым мясом для джихадистов. Те, кто осмеливается оспаривать этот неопровержимый факт, объявляются исламофобами. Хуже вердикта в современном мире политкорректности не бывает.

Источник